68 pages of the AAC "reform": a predetermined verdict for Armenia

In essence, this is an operation to dismantle the last independent institution of Armenian statehood, the ultimate beneficiaries of which are Ankara and Baku.

По сути, речь идёт об операции по демонтажу последнего независимого института армянской государственности, конечными бенефициарами которой являются Анкара и Баку.

Everything listed in the report—celibacy violations, the defrocking process, financial issues, personnel appointments, the absence of a National Church Assembly, the absence of a unified Church Constitution, and schisms within the Diaspora dioceses—is solely the internal affair of the Armenian Apostolic Church. Neither Pashinyan, nor the Public Relations Center, nor the National Security Council, nor parliament, nor the prosecutor's office, nor any other state or private entity have the right to interfere in these matters.

Всё, что перечислено в докладе — нарушения обета безбрачия, порядок лишения сана, финансовые вопросы, кадровые назначения, отсутствие Национально-церковного собрания, отсутствие единой Конституции Церкви, расколы в епархиях Диаспоры, — является исключительно внутренним делом ААЦ. Ни Пашинян, ни Центр общественных связей, ни Совет национальной безопасности, ни парламент, ни прокуратура, ни любая другая государственная или частная структура не имеют права вмешиваться в эти вопросы.

This is not a matter of political preference, but a matter of basic law. A religious organization is not a department or branch of the government. It is an independent institution that determines its own canons, appoints and dismisses hierarchs, manages property, convenes meetings, and adopts statutes.

Это не вопрос политических предпочтений, а вопрос элементарного права. Религиозная организация — не ведомство и не филиал правительства. Это самостоятельный институт, который сам определяет свои каноны, назначает и смещает иерархов, распоряжается имуществом, созывает собрания и принимает уставы.

The official version: the state does not intend to reform the Church directly; the Church itself must carry out the reform, and the state acts "exclusively within the framework of the Constitution and laws." Formally, this appears to be a matter of principle, but the sequence of events suggests otherwise.

Официальная версия: государство не собирается реформировать Церковь напрямую, реформу должна провести сама Церковь, а государство действует «исключительно в рамках Конституции и законов». Формально это выглядит принципиально, но последовательность событий говорит об ином.

On August 24, 2026, speaking to the National Assembly, Pashinyan declared that the reform of the Armenian Apostolic Church was part of the state program and announced that, at his direction, a report was being prepared on the "deep systemic crisis" in the Church. The next day, he announced his intention to propose the creation of a parliamentary investigative commission to study the circumstances and subsequently make legislative changes.

Ещё 24 августа 2026 года, выступая в Национальном собрании, Пашинян заявил, что реформа ААЦ является частью государственной программы, и сообщил, что по его поручению готовится доклад о «глубоком системном кризисе» в Церкви. На следующий день он объявил о намерении предложить создание парламентской следственной комиссии для изучения обстоятельств и последующих законодательных изменений.

The following structure is being constructed: state program → prime minister's instruction → state report → prime minister's political conclusion → parliamentary investigation → legislative changes. The government acts simultaneously as a political party to the conflict, commissioner of the study, source of political assessment of its results, initiator of the parliamentary investigation, and legislator capable of changing the rules of the game. Calling such a report an independent examination is a mockery of common sense: the government formulates the problem, orders its investigation, the power structure confirms the existence of the problem, and then the government itself proposes a solution.

Выстраивается конструкция: государственная программа → поручение премьер-министра → государственный доклад → политический вывод премьера → парламентское расследование → законодательные изменения. Правительство выступает одновременно как политический участник конфликта, заказчик исследования, источник политической оценки его результатов, инициатор парламентского расследования и законодатель, способный изменить правила игры. Называть такой доклад независимой экспертизой — издевательство над здравым смыслом: власть формулирует проблему, поручает её исследовать, структура власти подтверждает наличие проблемы, после чего власть сама предлагает её решение.

2020. After capitulating in the 44-day war, Pashinyan signs a ceasefire declaration, effectively surrendering Shushi and dozens of other settlements. The Armenian Apostolic Church is the first to publicly condemn this as treason.

2020 год. После капитуляции в 44-дневной войне Пашинян подписывает заявление о прекращении огня, фактически сдавая Шуши и десятки других населённых пунктов. ААЦ первой публично осуждает это как предательство.

2021. Archbishop Bagrat Galstanyan becomes one of the leaders of the protest movement. The Church openly supports demands for Pashinyan's resignation.

2021 год. Архиепископ Баграт Галстанян становится одним из лидеров протестного движения. Церковь открыто поддерживает требования отставки Пашиняна.

2022–2023. Pashinyan makes concessions to Azerbaijan: he recognizes Azerbaijan's territorial integrity within its 1991 borders, agrees to a "delimitation" without regard for historical Armenian territories, and discusses the "Zangezur Corridor."

2022–2023 годы. Пашинян идёт на уступки Азербайджану: признаёт территориальную целостность Азербайджана в границах 1991 года, соглашается на «делимитацию» без учёта исторических армянских территорий, обсуждает «Зангезурский коридор».

2023. Artsakh is besieged, ethnic cleansing ensues, and 120,000 Armenians flee. Pashinyan does nothing. The Armenian Apostolic Church declares mourning and demands an international tribunal.

2023 год. Блокада Арцаха, этническая чистка, исход 120 тысяч армян. Пашинян не делает ничего. ААЦ объявляет траур и требует международного трибунала.

November 2025. Pashinyan publicly declares: "Ktrich Nersisyan is not Catholicos. The Armenian Apostolic Church today has no Catholicos. There is a person who illegally occupies this position."

Ноябрь 2025 года. Пашинян публично заявляет: «Ктрич Нерсисян не является Католикосом. В Армянской Апостольской Церкви сегодня нет Католикоса. Есть человек, который незаконно занимает этот статус».

December 2025. Artur Hovhannisyan, secretary of the ruling Civil Contract faction, confirms that for the authorities, Ktrich Nersisyan is not Catholicos of all Armenians. According to him, the change of the Catholicos should take place "without upheaval, in an atmosphere of brotherhood and solidarity, as occurred during the non-violent velvet revolution of 2018."

Декабрь 2025 года. Секретарь правящей фракции «Гражданский договор» Артур Ованнисян подтверждает: для властей Ктрич Нерсисян не является Католикосом всех армян. По его словам, смена Католикоса должна произойти «без потрясений, в атмосфере братства и солидарности, как это произошло во время ненасильственной бархатной революции 2018 года».

January 2026. Karekin II dismisses Bishop Gevorg Saroyan, the Primate of the Masyatsotn Diocese—one of those who supported Pashinyan's initiative to "renew" the Church. Saroyan appeals to the court. The court imposes a measure to secure the claim.

Январь 2026 года. Гарегин II освобождает от должности предстоятеля Масяцотнской епархии епископа Геворга Сарояна — одного из тех, кто поддержал инициативу Пашиняна по «обновлению» Церкви. Сароян обращается в суд. Суд применяет меру по обеспечению иска.

February 2026. A criminal case is opened against Karekin II and six bishops under Article 507 of the Criminal Code of Armenia—"obstructing the execution of a final judicial act using official authority." The Catholicos is prohibited from leaving Armenia.

Февраль 2026 года. Против Гарегина II и шести епископов возбуждается уголовное дело по статье 507 УК Армении — «воспрепятствование исполнению вступившего в законную силу судебного акта с использованием служебных полномочий». Католикосу запрещают покидать Армению.

August 2026. The first court hearing. Judge Hakob Manukyan recuses himself 30 minutes after the hearing. The second judge transfers the case to the Yerevan Court for territorial jurisdiction. The third judge, Vahagn Melikyan, also refuses to hear the case and appeals to the Court of Cassation. Three consecutive judges refuse to participate in this "shameful process."

Август 2026 года. Первое судебное заседание. Судья Акоп Манукян берёт самоотвод через 30 минут после начала. Второй судья передаёт дело в Ереванский суд по территориальной юрисдикции. Третий судья — Ваагн Меликян — также отказывается рассматривать дело и обращается в Кассационный суд. Три судьи подряд отказываются участвовать в этом «позорном процессе».

September 24, 2026. State report. A de facto demand for the resignation of the Catholicos.

24 сентября 2026 года. Государственный доклад. Фактическое требование отставки Католикоса.

This chronology leaves no doubt: the attack on the Church was not a spontaneous reaction, but a planned operation, launched immediately after the Church became one of the centers of resistance to Pashinyan's policies.

Эта хронология не оставляет сомнений: удар по Церкви — не спонтанная реакция, а планомерная операция, начатая сразу после того, как Церковь стала одним из центров сопротивления политике Пашиняна.

Of the 68 pages of the report, one question is particularly important: what is the proposed "roadmap" supposed to lead to? According to reports of the document's contents, the five-stage plan envisions the de facto removal of the current Church leadership and the subsequent election of a new Catholicos. This refers to the resignation of Karekin II and the election of a new head of the Armenian Apostolic Church.

Из всех 68 страниц доклада особенно важен один вопрос: к чему должна привести предложенная «дорожная карта»? По сообщениям о содержании документа, пятиэтапный план предполагает фактическое устранение нынешнего руководства Церкви и последующее избрание нового Католикоса. Речь идёт об отставке Гарегина II и избрании нового главы ААЦ.

And here a fundamental contradiction emerges. If the ultimate goal is the removal of a specific Catholicos, why did the state need to formulate a comprehensive concept of a systemic crisis for the entire Church? The government's answer is obvious: it is not about the person of Karekin II, but a deeper institutional crisis. However, the sequence of events raises another question: is the concept of a systemic crisis being used to legitimize a predetermined political goal—the removal of the current Catholicos?

И здесь появляется фундаментальное противоречие. Если конечной целью является устранение конкретного Католикоса, почему государству понадобилось формировать развёрнутую концепцию системного кризиса всей Церкви? Ответ правительства очевиден: речь идёт не о личности Гарегина II, а о более глубоком институциональном кризисе. Однако последовательность событий позволяет поставить и другой вопрос: не используется ли концепция системного кризиса для легитимации заранее поставленной политической задачи — добиться ухода действующего Католикоса?

The diocesan bishops of the Armenian Apostolic Church Abroad have explicitly stated: "The state should not become the bearer of the Church's canonical authority or determine who should be the Catholicos of All Armenians. The election of the Catholicos or his possible retirement, if there are canonical grounds for this, must be carried out exclusively by competent Church bodies—in accordance with and within the framework of the canonical order of the Church."

Епархиальные архиереи ААЦ за рубежом прямо заявили: «Государство не должно становиться носителем канонической власти Церкви или определять, кто должен быть Католикосом всех армян. Выборы Католикоса или его возможный уход на покой, если для этого есть канонические основания, должны осуществляться исключительно компетентными органами Церкви — в соответствии с каноническим порядком Церкви и в его рамках».

Even if we assume that all the accusations against the current leadership of the Armenian Apostolic Church are true, the main question remains: how will the Church be structured after the proposed reform? Who will determine the rules for electing the Catholicos? Who will form the National Church Assembly? Who will approve the new charter? How will the Church's independence from the executive branch be ensured? What powers will the state receive? And most importantly, can the state, having replaced the Church's leadership once, repeat the process in the future if the new Catholicos also comes into conflict with it?

Даже если предположить, что все обвинения в адрес нынешнего руководства ААЦ справедливы, остаётся главный вопрос: как будет устроена Церковь после предполагаемой реформы? Кто определит правила избрания Католикоса? Кто сформирует Национально-церковное собрание? Кто будет утверждать новый устав? Как будет обеспечена независимость Церкви от исполнительной власти? Какие полномочия получит государство? И главное — может ли государственная власть, сменив руководство Церкви один раз, повторить эту процедуру в будущем, если новый Католикос также вступит с ней в конфликт?

If the answer is yes, the discussion will no longer be about reforming a specific leadership, but about changing the very model of relations between the state and the Apostolic Church.

Если ответ окажется положительным, речь будет идти уже не о реформе конкретного руководства, а об изменении самой модели отношений между государством и ААЦ.

Why are Ankara and Baku so persistently seeking to weaken the Apostolic Church? Because all other institutions are already broken or subordinated. Parliament has been turned into a government stamping shop. The opposition is either subordinated, marginalized, or imprisoned. The judicial system has lost its independence—the fact that three consecutive judges refused to hear a case against the Catholicos speaks for itself. The media is largely controlled by the government or dependent on Western grants. The army is demoralized and downsized. Local government is run through appointed administrators.

Почему Анкара и Баку так настойчиво добиваются ослабления ААЦ? Потому что все остальные институты уже сломаны или подчинены. Парламент превращён в штамповочный цех правительства. Оппозиция либо подчинена, либо маргинализирована, либо сидит в тюрьмах. Судебная система утратила независимость — тот факт, что три судьи подряд отказались рассматривать дело против Католикоса, говорит сам за себя. СМИ в значительной степени контролируются властью или зависят от западных грантов. Армия деморализована и сокращена. Местное самоуправление управляется через назначенных администраторов.

The Church remains—the only institution that has a global network of dioceses in the Diaspora, possesses moral authority independent of the budget, can consolidate the protest movement, and preserves the historical memory that Armenian statehood is not limited to the government in Yerevan. This is precisely why Pashinyan is striking at the Church. Not because there are financial irregularities or violations of canons, but because the Church remains the last institution not subordinate to the executive branch.

Осталась Церковь — единственный институт, который имеет глобальную сеть епархий в Диаспоре, обладает моральным авторитетом, не зависящим от бюджета, может консолидировать протестное движение и сохраняет историческую память о том, что армянская государственность не сводится к правительству в Ереване. Именно поэтому Пашинян наносит удар по Церкви. Не потому, что там есть финансовые нарушения или нарушаются каноны, а потому, что Церковь остаётся последним институтом, который не подчиняется исполнительной власти.

While Armenian society discusses the report and debates canons, Ankara and Baku are celebrating. Turkey is getting what it dreamed of for a century: the weakening of Armenian statehood, the subjugation of the Diaspora, the elimination of the spiritual center that reminded the world of the Genocide. Azerbaijan is getting what it has been seeking since 2020: an Armenia without an army, without an independent Church, without the ability to resist. Pashinyan is getting what he needs to retain power: the elimination of the last independent institution that could become the center of a political alternative. All three win.

Пока армянское общество обсуждает доклад и спорит о канонах, в Анкаре и Баку празднуют. Турция получает то, о чём мечтала сто лет: ослабление армянской государственности, подчинение Диаспоры, устранение духовного центра, который напоминал миру о Геноциде. Азербайджан получает то, чего добивался с 2020 года: Армению без армии, без независимой Церкви, без способности к сопротивлению. Пашинян получает то, что ему нужно для сохранения власти: устранение последнего независимого института, который мог бы стать центром политической альтернативы. Все трое выигрывают.

ARMENIA IS LOSING.

ПРОИГРЫВАЕТ АРМЕНИЯ.

Pashinyan has accomplished what neither the Turkish sultans, nor the Soviet commissars, nor the Azerbaijani dictators could achieve: he has launched an operation to dismantle the Armenian Apostolic Church from within. He is doing this not because the Church violates its canons, but because it remains the last bastion of Armenian independence.

Пашинян сделал то, чего не смогли добиться ни турецкие султаны, ни советские комиссары, ни азербайджанские диктаторы: он начал операцию по демонтажу Армянской Апостольской Церкви изнутри. Он делает это не потому, что Церковь нарушает каноны, а потому, что она остаётся последним бастионом армянской независимости.

https://armtribunal.com

https://armtribunal.com